Click to order
Cart
ВАШ ЗАКАЗ:
Total: 
Отправляя свои контактные данные, вы соглашаетесь на обработку персональных данных и получение email-сообщений от Высшей школы «Среда обучения».
Обратите внимание, что, если ваш счёт открыт в отличной от рубля валюте, то платёж будет конвертирован в рубли. Конвертацию в этом случае проводит либо ваш банк, либо система оплаты.
ПОЛУЧИТЕ КОНСУЛЬТАЦИЮ
После получения заявки мы позвоним вам, чтобы ответить на вопросы и помочь определиться с программой
Выберите Факультет (например, «Факультет дизайна»)
Хочу получать полезные материалы от «Среды обучения»
Представитель приемной комиссии перезвонит в течение часа в рабочее время

Отправляя свои контактные данные, вы соглашаетесь на обработку персональных данных и получение email-сообщений от Высшей школы «Среда обучения»
Обучение онлайн — современный тренд в образовании. часть вторая
Мы продолжаем наш разговор про онлайн-образование. В прошлый раз уже обсудили преимущества и недостатки дистанционных программ и социальную значимость дистанта. В этот раз лидер Факультета дизайна интерьеров Александр Зальцман решил собрать всех экспертов вместе и провести дискуссию в офлайн-формате на Art-Werk. Они обсудили самые важные моменты дистанта и затронули массу интересных вопросов.
интерьер автомобиля
Александр Зальцман, лидер Факультета дизайна интерьеров «Среды обучения», собрал экспертов в дистанционном образовании, чтобы разобрать основные вопросы, которые есть сейчас вокруг онлайн-обучения и показать, что дистант — это удобно, актуально и перспективно
СПИКЕРЫ
Наташа Файбисович
Арт-директор Высшей школы «Среда обучения», старший тьютор и преподаватель Факультета дизайна Высшей школы «Среда обучения», выпускник БВШД
Кристина Геворкян
Эксперт жюри «Битвы e-learning стартапов» на Elforum-2018, эксперт конкурса Edtech-стартапов «Телекомидея-2018» от МТС
Светлана Тахтарова
Руководитель экзаменационного центра Гете-института
Илья Созонтов
Куратор и преподаватель программ Дирекции образовательных программ Департамента культуры города Москвы
В паре с лидером Факультета дизайна Яшей Файбисовичем создали и провели онлайн-курс «Коллаборация» на Факультете дизайна «Среды обучения».
Преподаватель «Нетологии», «Фоксфорда» и Full House School, спикер конференции EdCrunch-2018, автор телеграм-канала «Тренды образования» (@edtrends). Член Фонда развития онлайн-образования, который занимается созданием онлайн-курсов и специализаций совместно с индустриальными партнерами (Yandex, Mail, «Вкусвилл», «Скрамтрек», «Мосигра») и отдельными экспертами, а также инвестирует в запуск онлайн-школ.
Вплоть до начала 2018 года в них обучилось несколько сотен людей. В 2018 году стала креативным продюсером Synergy Art Forum и создала партнерский проект по арт-образованию, в рамках которого в том числе были открыты онлайн-курсы по искусству и арт-бизнесу. За четыре месяца они подготовили три образовательные онлайн-программы и выпустили 120 студентов. В 2019-м планируется подготовка еще шести онлайн-курсов.
Заведующая кафедрой теории и практики перевода, а также заместитель директора по международной деятельности Института международных отношений Казанского (Приволжского) федерального университета. В своих образовательных программах и при разработке совместных программ с зарубежными вузами-партнерами они используют онлайн-курсы, которые создают на Moodle.
PhD в области арт-менеджмента, руководитель Дирекции образовательных программ в сфере культуры и искусства (Департамент культуры города Москвы). Куратор школы «МЕТОД.» — кроссдисциплинарные образовательные программы для профессионалов нового поколения, которые работают на пересечении культуры и образования. Флагманская программа школы, международная годовая программа «АРТ-образование», на 60% состоит из онлайн-контента для доступности в регионах.
Основатель образовательного центра LUDI. Куратор и преподаватель программ школы «МЕТОД.». Эксперт «Рыбаков Фонда», «Фонда Русской экономики», бизнес-инкубатора НИУ ВШЭ, спикер Московского международного салона образования (ММСО), Мосурбанфорума, EduWave, консультант «Яндекс.Просвещения» (2017).
Почему дистант актуален?
Александр:
Первый вопрос — Илье. Вы много уже сделали в сфере дистанционного обучения. Расскажите, пожалуйста, почему этот формат настолько востребован?
Илья:
Есть отличная история про успешное обучение, которая подходит к дистанту. Про американскую государственную школу в Бруклине — а они у них зачастую в неблагополучных районах, и, если она государственная, там, скорее всего, все плохо. Учителя пытались и так, и сяк объяснять на уроках, но не заходило. В какой-то момент они подумали: а что, если мы просто запишем наши уроки на видео и отправим им домой. Вот едет ученик по району — скучно, а он где-нибудь сядет и послушает, о чем мы рассказали. Так они стали записывать все свои уроки на видео, отправлять школьникам, и в первый же год результативность такого подхода выросла.

То есть они внедрили и придумали перевернутый класс. По сути, наш ключевой ресурс — это время, которого нам постоянно не хватает. Сейчас никто уже не готов куда-то ехать, тратить на дорогу два часа своей жизни.

Долгосрочные и краткосрочные программы
Александр:
Кристина, я знаю, что вы занимаетесь в первую очередь краткосрочными программными МОКами (массовыми открытыми онлайн-курсами. — Прим. ред.). Чем они отличаются от длительных? Какие из них лучше для креативной индустрии и в каких случаях?
Кристина:
На самом деле МОК — это теперь уже долгосрочные программы. Когда специализация длится полгода, то это очень долго, и, действительно, многие берут паузу или перерыв на несколько месяцев.

Если важно получить новую профессию, то, конечно, мы не можем дать ее на короткой программе за месяц. Нам придется растягивать этот курс, посвящая студента в разные аспекты. В этом случае мы можем разбить программу на модули и дать человеку возможность выбрать из них отдельно взятые, выстраивая свою персональную траекторию. В дистанте это гораздо проще, чем в очном обучении.

Если мы работаем со знающей аудиторией, то используем микроформаты и даем недельные интенсивы, обучая без отрыва от производства.

Александр:
Формат МОКов — это обучение до полугода, или уже есть и дольше? И бывают ли программы, по окончании которых можно получить диплом государственного образца?
Кристина:
В принципе, они и в таком формате могут быть приравнены к профессиональной переподготовке. Такие программы есть, но все-таки МОКи подразумевают некую обезличенность. Мы не можем персонализировать рассылки, полностью выстраивать ту самую траекторию и предлагать те или иные форматы. Сейчас достаточно сильный тренд на персонализацию, и очень важно учитывать индивидуальные особенности, стремления и уровень компетенций, который есть на входе.
Александр:
А можно ли сказать, что для кого-то индивидуальный подход в приоритете, а кому-то он не важен? Если говорить, например, об абитуриентах возраста 18–19 лет и людях, которые идут получать второе высшее или прокачаться в профессии. Что кому важнее?
Кристина:
Индивидуализация востребована для всех, начиная с дошкольного возраста. И сейчас уже отходят от разделения и все-таки смотрят на поведенческие паттерны и какие-то личные характеристики человека.

И здесь очень важно именно изучать вот эту личную мотивацию. Человек приходит — зачем?

Если он приходит, чтобы просто получить корочку, тогда зачем вкладываться сильно в экспертность этой программы? Если он приходит, чтобы восполнить свои пробелы, тогда очень важно, кто эксперты, и в этой ситуации мы должны действительно давать индивидуальную информацию.

Общение студентов
Александр:
Наташа, взаимодействие студентов друг с другом и с преподавателями должно быть подобно тому, что принято в офлайн-школах, или оно должно быть иным?
Наташа:
Мне кажется, что если наша цель — сделать, чтобы оно было такое же, как в обычной офлайн-школе, то прививать это нужно, например, с первого курса. Когда три года обучения студент сидит без взаимодействия внутри вебинара, а на четвертом ему говорят: «Ну, теперь мы начинаем все вместе общаться, и вы должны сказать что-то четвертому в списке», — то они не понимают, как это делать.
Александр:
А как вы формируете комьюнити вокруг обязательных курсов? Используете технологические возможности?
Кристина:
У нас есть опыт создания чата в Telegram по одной из специализаций Coursera, куда постоянно добавляются новые студенты и при этом остаются выпускники. Сейчас, насколько мне известно, там около двух тысяч человек. И бывшие выпускники уже становятся кураторами для текущих студентов. Получается, они с высоты своего опыта прохождения обучения и дальнейшей работы (а они все успешно трудоустраиваются) могут помочь разобраться в каких-то вопросах и поддержать в те моменты, когда у студента возникают сложности.

Группы в Facebook — это менее эффективный, на мой взгляд, канал, потому что постят что-то туда студенты очень редко, вопросы задают мало и комментят тоже не активно. Все-таки формат чата более интерактивный.
Александр:
Наташа, ты представляешь институт с длительной четырехлетней образовательной программой. И я предполагаю, что создание студенческого сообщества очень важно для такого формата, и уже не ограничивается рамками отдельного курса. Как это построено в вашей школе?

И скажи, мотивацию студентов к обучению и к их взаимодействию вы ставите выше или ниже, чем в офлайн-программах?
Наташа:
Начнем с общения между студентами на длительных программах. Я могу говорить, соответственно, только из опыта, который даем мы. У нас есть несколько мест, где студенты могут общаться.

То есть, естественно, у каждого курса, который приходит на первых программах, своя группа в Facebook. Они общаются и выгружают туда свои работы, и преподавателю так проще оставлять комментарии. Это этап номер один.

Этап номер два — естественно, чаты в Telegram. Начиная с первого семестра, когда, например, на тьюторской программе создается чат для студентов первого семестра или, например, чат для выпускников, где они обсуждают их дипломные работы, написание выпускной квалификационной работы и т.д. Я знаю, что студенты параллельно с этим самостоятельно создают чаты в той соцсети, где им удобно. Но благодаря тому, что мы сидим в Москве и стараемся транслировать московские и европейские тренды, они вынуждены добавиться в Facebook и общаться с нами там.

Переходя к мотивации, очень важно понимать: на дистанционном образовании ты сам принимаешь решение, что идешь туда учиться. С другой стороны, никакое дистанционное образование не сможет существовать, если не будет группы поддержки, которая поможет всем студентам взаимодействовать не только между собой, но и между разными инстанциями внутри университета. Поэтому у нас есть, например, кураторы, которые сопровождают каждого студента с момента зачисления до выпуска. Приемная комиссия работает не только на прием документов, а они действительно ведут вас все время, с момента оставления заявки. То есть до передачи тьютору у студента всегда есть человек, с которым он может что-то дополнительно обсудить.

Поэтому я бы сказала, что это личная мотивация на 80%, но 20%, которые дают остальные инстанции внутри университета, подстегивают эти 80. И очень сложно разделить именно 50 на 50, потому что когда-то кураторы помогают вернуться назад, если что-то пошло не так, а когда-то студенты сами себя вытаскивают, потому что они пришли сюда учиться, и это их цель, а не кого-то еще. Такая комплексная терапия получается.

Онлайн–преподаватель
Александр:
Илья, у вас, я так понимаю, большой опыт работы в обучении преподавателей? Расскажите, пожалуйста, немного о персоне нового преподавателя, связанного с онлайн-образованием.
Илья:
Могу только выделить какие-то личные ощущения: естественно, это харизма, это умение работать с чатом и с аудиторией в целом, преподаватель должен уметь представить, что по ту сторону камеры находятся люди, которые слушают его — это он должен уметь опционально, обязательно. Но как это измерить, — я пока не знаю таких методов.

Естественно, мы можем измерить формально: было 300 человек в чате до начала урока, а через три минуты стало 3. Наверное, что-то ты делаешь не так. То есть таким способом мы можем измерить и сказать, что у этого преподавателя усушка 50%, а у этого — 0, поэтому он, конечно, лучше. Но вот точно выделить почему… Не знаю, может, у него клевые усы, и поэтому люди сидят и смотрят на его усы. Здесь правда очень сложно измерить.

Обычно мы меряем вовлеченность. В процессе обучения у нас есть вебинар: просмотры и сам курс. Если мы говорим про вебинар, то мы, конечно, меряем количество пришедших на него.

Методика оценок
Александр:
Кристина, у вас есть методики оценок качества курсов и образовательных программ вообще? Как это работает?
Кристина:
Это можно делать через формат таких MVP-прогонов продукта, то есть не запускать сразу большой курс, а создавать серию вебинаров и смотреть на обратную связь. На самом деле студенты вполне охотно заполняют анкеты.
Александр:
Как вы взаимодействуете с работодателями? Предположим, что есть пул работодателей, определяющих конкретный набор курсов и компетенций, которые можно преподавать в рамках каждой профессии. Вы когда-то с таким сталкивались, разрабатывали или изменяли курсы на основании такой информации?
Кристина:
Лично у меня была пара ситуаций, когда мы обращались к работодателям именно с этим вопросом. Нам очень хочется повысить качество наших выпускников. И нас удивило, что работодатели, к сожалению, далеко не всегда могут сформулировать, что именно они хотят. То есть в тех ситуациях, с которыми столкнулась лично я, ответ был такой: «Вы нам болванку заготовьте, а мы уже потом у себя на производстве доведем ее до нужной кондиции на своих каких-то корпоративных курсах».
Александр:
Это значит, что в их понимании тот, кто дает образование, не настолько компетентен, как сам работодатель?
Кристина:
Более того, когда мы говорим о компетенциях будущего, даже нам, вузам, кажется, что это видение того, каким мог бы быть наш выпускник. Нам хочется надеяться на какую-то перспективу, а не на два года. Предвидеть то, что нужно, что может быть востребовано для наших выпускников, — иногда вузы могут сделать это лучше, чем работодатели.
Наташа:
Мне кажется, что на самом деле есть очень простое решение, для того чтобы развязать руки академическому образованию и выяснить этот скилл-сет, который нужен работодателю. Нужно привлекать работодателей в образование. Я имею в виду, когда есть какой-то предмет, нанимается не только лектор или эксперт, который в этом что-то понимает с теоретической точки зрения, а еще и практик, который скажет: «У меня есть дизайн-студия, мне нужно вот это, вот это и вот это. Я ищу такого специалиста. Через сколько вы можете мне его подготовить?» В ответ мы можем предложить курс, два года или четыре года. И работодатель может сказать: «Окей, хорошо, я хочу быть приглашенным экспертом, и каждый раз на протяжении четырех лет, когда мы будем говорить конкретно про этих специалистов, я хочу выращивать под себя кадры».
Александр:
Верно ли сказать, что образовательную программу правильнее основывать на какой-то группе скилл-сетов от разных специалистов индустрии, а дальше менять при помощи обратной связи?
Илья:
Да. Есть такой подход, который мне очень нравится. Если ты сделал гениальный продукт и он со всех сторон хорош, значит, ты уже опоздал. Поскольку среда меняется, твой продукт должен быть несовершенным, потому что всегда есть что улучшить. Если ты увидел, что у тебя все клево, значит, это уже никому не надо. Поэтому его необходимо постоянно допиливать.
Александр:
Наташа, а как вы оцениваете уровень при обучении на четырехлетних программах?
Наташа:
С точки зрения измерения качества, мне кажется, нельзя сказать, что мы можем оценить студента только после диплома и на четвертом году обучения. Мы измеряем его на протяжении всего обучения, потому что есть разные люди, которые этим занимаются.

Есть тьюторы, которые следят за прогрессом, и за ростом, и за каким-то даже личностным ростом, скорее, на столько же процентов, сколько за профессиональным. Есть преподаватели, которые смотрят домашние задания, комментируют их. Они заставляют делать работу над ошибками, если что-то пошло не так. Есть комиссии, которые смотрят финал учебных и производственных практик во время обучения. И точно так же есть специальная комиссия, которая собирается, чтобы оценить диплом. И на этом этапе заканчивается оценивание нами студентов.

А дальше уже идет оценивание в среде. И если мы видим, слышим что-то об этом студенте, о проекте, который он делает, это означает, что мы молодцы. И тогда уже среда оценивает нас: смогли ли мы дать достаточное образование и достаточный опыт, чтобы среда его приняла после нашего обучения.

За чем будущее?
Александр:
За какими новыми технологиями и методиками будущее в онлайн-образовании?
Кристина:
Как формат — аудиолекции. Как технология —
VR.
Илья:
В ближайшие 10 лет, наверное, перевернутый класс — это то, что можно оптимизировать. А все неэффективное лекционное, наверное, исчезнет, так как это будет слишком дорого.

А что касается будущего, то это VR и проекции. Следующий логичный шаг — это виртуальное присутствие тебя где-то, как в фильмах про «Звездные войны».

Образование будущего — это создание ситуаций для присвоения опыта.
Светлана:
Что касается академического образования, конечно, хотелось бы помечтать, что VR станет обычной вещью в наших вузах, но, понимая в том числе и финансовую ситуацию, я думаю, это все-таки более далекая перспектива.

Поэтому соглашусь с Ильей — перевернутый класс. Именно в той ситуации, когда лектор перестанет быть носителем информации, истиной в последней инстанции. И я думаю, что в этом направлении уже работают многие вузы.
Наташа:
Честно скажу, я понятия не имею, что будет дальше, потому что мне кажется, что невозможно сейчас сказать, что да, через пять лет это будет актуально или не актуально. Мы сейчас еще не освоили на все сто процентов то, что технология предлагает нам в конкретную минуту. Еще очень много различных техник и методик, которые академическое образование на себя не взяло. Поэтому сказать, что будет через несколько лет, невозможно.

Но идея с аудиолекциями мне нравится как факт. Мне кажется, это может быть интересно.
Беседовал Александр Зальцман
ВАМ ПОНРАВИЛАСЬ ЭТА СТАТЬЯ?
ПОЛЕЗНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Хотите регулярно получать образовательные материалы «Среды обучения»? Подпишитесь на нашу рассылку! Отправляя свои контактные данные, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности